Любовь Захарченко 1987 Сад (Черная смородина)

[abuela]

ах, Люба, Люба...

Как приснился мне не враг и не вор,
Не погост, не поминальный костер,
А приснился мне мой сад -- экий вздор!
Как проснулся -- не пойму до сих пор.

Сад мой -- дом мой, моя кровь, моя боль,
Что же это приключилось с тобой?
Ты неужто обурьянить решил?
Дед сажал тебя, да, видно, спешил.

То ли дед тебя не так поливал,
То ль отец тебя не там корчевал,
То ль неверным осеняли крестом,
То ль посажен ты на месте не том...

Черная смородина,
Деда сны напрасные.
Черная смородина --
Где сажали красную.

Думу думал я, на травке сидел,
Думу думал: кто же недоглядел?
Думу думал, ну, а травка росла
Без печали, без забот, без числа.

И пока я там судил да рядил,
Свою совесть до калитки водил,
Что-то пел, да виноватых искал --
Сын мой тихо в крапиве подрастал.

Рос, родимый, вместе с сорной травой,
Да накрыло всё ж его с головой.
Раз окликнул -- только тихо в ответ.
Вроде был ты сын, а вроде и нет.

Рвал проклятую, себя проклинал,
Лишь свои грехи теперь вспоминал.
Что я делал, как я жил, что я пел,
Коли стать ты крапивою успел.

С корнем рвал -- она росла за спиной.
С кровью рвал, да зеленела стеной.
Уж ни сына, ни меня не спасти,
Хоть от внука ту беду отвести.

Я не помню, что там было потом...
Я проснулся -- как спокоен мой дом.
Сгинул сон мой: куда ночь -- туда страх.
Все в порядке... Волдыри на руках.

Черная смородина,
Деда сны напрасные.
Черная смородина --
Где сажали красную.