Джон Фаулз, "Волхв", Николас Эрфе
Jun. 23rd, 2021 11:27 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
abuela"Я начал ухаживать за дочерью одного из старших учителей. Она была красива английской породистой красотой; как и я, ненавидела захолустье и охотно отвечала мне взаимностью; я с опозданием понял, что взаимность небескорыстна: меня собирались женить. Я запаниковал: элементарная телесная потребность грозила сломать мне жизнь. Я даже едва не капитулировал перед Дженет, круглейшей дурой, которую не любил и не мог полюбить. С оскоминой вспоминаю бесконечную июльскую ночь нашего прощания: попреки и завывания в машине на морском берегу. К счастью, я знал - и она знала, что я знаю, - что она не беременна. В Лондон я ехал с твердым намерением отдохнуть от женщин."
*****************
"Я приобрел привычку к роскоши и жеманные манеры. Оценки у меня были средненькие, а амбиции чрезмерные: я возомнил себя поэтом. На деле ничто так не враждебно поэзии, как безразлично-слепая скука, с которой я тогда смотрел на мир в целом и на собственную жизнь в частности. Я был слишком молод, чтобы понять: за цинизмом всегда скрывается неспособность к усилию - одним словом, импотенция; быть выше борьбы может лишь тот, кто по-настоящему боролся. Правда, воспринял я и малую толику сократической честности, полезной во все времена - именно она стала важнейшим вкладом Оксфорда в нашу культуру. Благодаря ей я с грехом пополам усвоил, что бунт против прошлого - это еще не все. Как-то я наговорил друзьям множество гадостей об армии, а вернувшись к себе, вдруг подумал: то, что я с легкостью высказываю вещи, от которых моего покойного отца хватил бы кондрашка, вовсе не означает, что я избавился от его влияния. Циником-то я был не по природе, а по статусу бунтаря. Я отверг то, что ненавидел, но не нашел предмета любви и потому делал вид, что ничто в мире любви не заслуживает."
В первой цитате он ведь говорит фактически о себе -- то, что он видит в Дженет, это его собственный образ: "красивый ... породистой красотой ... круглейший дурак, который..."
А во второй уже прямо разбирает себя довольно безжалостно.
В целом по мере чтения отношение к его образу меняется -- от отвращения в начале (аналогичного его отношению к Дженет) до сочувствия, когда ему приходится плохо от Кончиса.
И в его затянувшихся отношениях с Алисон читателю легко сначала втянуться в роль Спасателя и всячески его ругать (Фаулз издевается)), но если удержаться, то понимаешь, что сочувствовать надо обоим и ругать тоже обоих.жаль только, что некем полюбоваться чортов Фаулз
*****************
"Я приобрел привычку к роскоши и жеманные манеры. Оценки у меня были средненькие, а амбиции чрезмерные: я возомнил себя поэтом. На деле ничто так не враждебно поэзии, как безразлично-слепая скука, с которой я тогда смотрел на мир в целом и на собственную жизнь в частности. Я был слишком молод, чтобы понять: за цинизмом всегда скрывается неспособность к усилию - одним словом, импотенция; быть выше борьбы может лишь тот, кто по-настоящему боролся. Правда, воспринял я и малую толику сократической честности, полезной во все времена - именно она стала важнейшим вкладом Оксфорда в нашу культуру. Благодаря ей я с грехом пополам усвоил, что бунт против прошлого - это еще не все. Как-то я наговорил друзьям множество гадостей об армии, а вернувшись к себе, вдруг подумал: то, что я с легкостью высказываю вещи, от которых моего покойного отца хватил бы кондрашка, вовсе не означает, что я избавился от его влияния. Циником-то я был не по природе, а по статусу бунтаря. Я отверг то, что ненавидел, но не нашел предмета любви и потому делал вид, что ничто в мире любви не заслуживает."
В первой цитате он ведь говорит фактически о себе -- то, что он видит в Дженет, это его собственный образ: "красивый ... породистой красотой ... круглейший дурак, который..."
А во второй уже прямо разбирает себя довольно безжалостно.
В целом по мере чтения отношение к его образу меняется -- от отвращения в начале (аналогичного его отношению к Дженет) до сочувствия, когда ему приходится плохо от Кончиса.
И в его затянувшихся отношениях с Алисон читателю легко сначала втянуться в роль Спасателя и всячески его ругать (Фаулз издевается)), но если удержаться, то понимаешь, что сочувствовать надо обоим и ругать тоже обоих.
