Чернышевский

вдруг втемяшилось мне наконец прочитать "Что делать". Как будто некий гештальт закрыть -- когда-то в школе необходимо было его "пройти", ну и прошли... оставалось ощущение чего-то совершенно нечитаемого, мутного, какие-то сны, какие-то странные люди, хвалебная критика (дико тоскливая). И смутное подозрение, что тут что-то не так ))

божечки, какой же это прекрасный роман.
очень насыщенный, я не смогла читать его взахлёб, мне требовались перерывы чтобы прочувствовать и "утрясти".
как же я жалею, что я не прочитала его, когда мне было 25 -- он был бы мне как раз впору, и возможно, поставил бы мозги на место. А сейчас поздно уже, и можно только любоваться, и надеяться, что до кого-то другого дошло вовремя... Не зря же оно писалось.

а ещё у меня странное послевкусие.
мне не очень понравился язык, которым написан роман. То есть вот удовольствия от узоров его -- не было совершенно. Суховатый, сдержанный, деловой. Как урок. Но при этом какие замечательные образы персонажей. Их прямо физически потрогать можно, они настоящие. Никаких розовых пони, всё очень "телесно". Когда Вера Павловна обувается или Рахметов ложится спать на гвозди -- это даже не как в кино, а вот как будто это прямо здесь в комнате всё происходит. Очень сильное впечатление.

и ранговость режет глаз, и не знаю, что с этим делать.
Есть Вера Павловна, и есть Маша, и они всегда так будут, хоть ты тресни. Правда, есть ещё и Жюли, и она вообще вне всего )))) чудеса чудес ))))