Нейтан Хилл, "Велнесс"

"– Всякий раз, когда я вижу пепельницу, – тихо и печально произнес Бенджамин, – она напоминает мне урну с прахом отца.

– Представляю.

– Я сижу в «Орбисе», опускаю глаза, замечаю на столе пепельницу и сразу же вспоминаю похороны отца. Я как будто переживаю две вещи одновременно.

– Да уж, представляю.

– Наши жизни подчиняются ходу времени, но воспоминания – нет. В том месте, где мы на самом деле проживаем свою жизнь, вот здесь, – он указал на свой лоб, – времени не существует. То, что происходит сейчас, может вернуть нас к тому, что произошло двадцать лет назад. И дистанция в голове исчезает. Как будто времени не существует.

– Ага.

– Ты знал, что у греков два слова для обозначения времени?

– Нет.

– Первое – это «хронос». Отсюда и пошло слово «хронология». Хронос – это исчисляемое время, движущееся последовательно. Минуты, секунды, дни, годы.

– Понятно.

– Конвейер Генри Форда. Работа с девяти до пяти. От звонка до звонка. Квартальные отчеты. Вот это все очень по хроносу.

– А какое второе слово?

– «Кайрос», субъективное ощущение времени. Например, поворот судьбы, момент истины, важная перемена, новая возможность, ощущение того, что прошлое прорывается в настоящее. Когда история вторгается в сегодняшний день, это кайрос. Связь между настоящим и прошлым. Пепельница, которая стоит передо мной, скажем так, отсылает меня к урне с прахом отца, к событиям десятилетней давности."