Стефан Цвейг, "Кристина"

[abuela]

"...приближается солнце, оно уже где-то за вершинами, его ещё не видно, но в неспокойном дыхании атмосферы уже ощущается его живительное тепло. Итак, наверх, ему навстречу. Может, прямо вот по этой извилистой дорожке, посыпанной гравием, как в саду, подъём здесь, кажется, нетрудный; и в самом деле, идти можно, шагается легко; не привыкшая к такой ходьбе Кристина с радостным изумлением ощущает, как послушно пружинят ноги в коленях, как дорожка с плавными поворотами и легчайший воздух словно сами несут её в гору. До чего же быстро от такого штурма разогреваешься. Она срывает с себя перчатки, свитер, шапку: хочется не только губами и лёгкими, но и кожей впитывать обжигающую свежесть. Чем быстрее она идёт, тем увереннее и свободнее становится шаг. Однако, не пора ли передохнуть - сердце гулко колотится в груди, в висках стучит, - и, остановившись, она секунду-другую с восторгом смотрит вниз: леса стряхивают туман со своих прядей, дороги белыми лентами рассекают пышную зелень, блестит кривая, как турецкая сабля, река, а напротив, меж зубцами вершин, наконец-то внезапно прорвался золотой поток утреннего солнца. Великолепно! Кристина в восторге от зрелища, но азарт восхождения, охвативший её, не терпит перерыва; вперёд! - исступленно подгоняет барабан в груди, вперёд! - требуют набравшие темп мышцы, и, опьянённая порывом, она карабкается всё дальше и дальше, не зная, сколько времени уже прошло, как высоко забралась, куда ведёт тропа. Наконец, примерно через час, добравшись до смотровой площадки, где выступ горы закругляется наподобие рампы, она валится навзничь в траву: хватит! Хватит на сегодня. У неё кружится голова, подёргиваются и пульсируют веки, жгуче саднит обветренная кожа, но странно: несмотря на все эти болезненные ощущения, несмотря на суматошную встряску, ей хорошо, она испытывает какое-то новое, неведомое удовольствие, как никогда, чувствует себя юной и полной жизни. Она даже не подозревала, что сердце может с такой силой проталкивать кровь по жилам, которые податливо пропускают ее буйно-веселый поток, никогда ещё не ощущала так остро лёгкость и упругость своего тела, как именно в эти минуты, когда им овладела безмерно сладостная хмельная усталость."

в оригинале другое название, "Безумие преображения" (Rausch der Verwandlung)